Документ опубликован на сайте www.fom.ru
http://bd.fom.ru/report/cat/elect/ref/o907613




О СПОСОБАХ РЕШЕНИЯ «ЧЕЧЕНСКОГО ВОПРОСА»

01.12.1999 [отчет] [ Преснякова Л.А. ]






ИСТОЧНИК ДАННЫХ

Стандартизованные телефонные интервью, проведенные с 15 по 25 октября и с 15 по 25 ноября 1999 г. в 9 регионах Европейской части РФ. В опросе приняли участие 90 экспертов - руководители и ведущие аналитики региональных СМИ.

В октябре эксперты в свободной форме отвечали на вопрос:

  • Как вы считаете, каким способом должен быть решен «чеченский вопрос»? В СМИ обсуждаются различные варианты: создание санитарной зоны вокруг Чечни с целью уничтожения баз боевиков, широкомасштабная военная кампания с целью установления контроля федерального центра над данной территорией, признание независимости Чечни. Какая позиция наиболее целесообразна, с Вашей точки зрения? Аргументируйте, пожалуйста, свой ответ.
В ноябре эксперты в свободной форме отвечали на вопрос:

  • Отразились ли на жизни Вашего региона события в Чечне и если отразились, то как именно?

ПРИНЦИПЫ АНАЛИЗА

В качестве исходного элемента наблюдения было взято высказывание - ответ одного эксперта на вопрос исследования. За единицу анализа принято суждение - часть высказывания, логически завершенная и самостоятельная по смыслу.

Частотный анализ проводился в один этап с использованием тематического анализа. При этом сопоставлялся весь спектр высказываний на основании смыслового сходства содержащихся в них суждений.

Результаты приведены в процентах от общего числа суждений. Для одиночных суждений проценты не приводятся.

Сравнение результатов октябрьского и ноябрьского опросов позволяет выявить модальность отношения региональной элиты СМИ к чеченской кампании.

РЕЗУЛЬТАТЫ ОКТЯБРЬСКОГО ОПРОСА

Общая характеристика

Для анализа ответов на вопрос, задававшийся в октябре, выделено 172 суждения.

В двух третях суждений (66%) эксперты высказывались в пользу силовых методов решения вопроса. Политические способы урегулирования чеченской проблемы предлагались значительно реже (20% суждений). В десятой части суждений (10%) эксперты выступали за комплексное решение вопроса, а в 4% суждений доказывали наибольшую целесообразность применения экономических мер.

Силовые методы решения «чеченского вопроса»
  1. Тема целесообразности проведения широкомасштабной военной операции затронута в 15% суждений:

    • проведение такой операции целесообразно - 10% суждений;

    • военная операция нецелесообразна - 5% суждений.


    Нецелесообразность проведения военной кампании обосновывается экспертами по-разному: «на ведение широкомасштабной военной кампании в бюджете денег нет и никогда не будет»; «кампания приведет к лишним потерям с нашей стороны»; «опоздали с проведением - зима».

  2. Общая идея создания санитарного кордона вокруг Чечни обсуждается в 12% суждений:

    • «санитарный кордон вокруг высокогорной части Чечни»;

    • «санитарная зона и блокада (экономическая, финансовая, политическая) Чечни»;

    • «в санитарную зону должен также входить и участок чечено-грузинской границы протяженностью в 150 км»;

    • «создание санитарной зоны и постепенное, очень постепенное расширение ее вглубь Чечни. Чтобы станицы, города, поселки, попадающие в санитарную зону, жили по законам федеральной власти, и чтобы та, внутренняя Чечня видела большую разницу»;

    • «к сожалению, при наличии участка границы с Грузией создать кольцо по типу Сталинградского вокруг Чечни невозможно, хотя нужно было бы. ... Это очень жестокие вещи, но покорение возможно только таким путем».


  3. Сочетание санитарного кордона и бомбардировок предлагается как основная мера в 12% суждений. При этом авиаудары эксперты рассматривают как средство сделать блокаду более надежной:

    • «санитарная зона, и не прекращать бомбежки до полного уничтожения боевиков»;

    • «санитарный кордон, бомбардировки баз и закрыть грузинско-чеченскую границу».


  4. Проблемы целесообразности массированных бомбардировок баз боевиков, связанные со способностью российской авиации наносить точечные удары и возможностью ведения войны по «югославскому сценарию», обсуждались в 7% суждений. При этом в 5% суждений поддерживалось нанесение авиаударов:

    • «бомбардировки оправданы, так как боевиков надо подавлять»;

    • «сейчас делается по-умному: идут бомбардировки, уничтожение предполагаемых мест дислокации боевиков, потом идут войска» .


    В 2% суждений целесообразность таких мер оспаривалась:

    • «достаточного количества высокоточного оружия для прицельного бомбометания и именно точечных ударов, как это было в Югославии, у нашей армии нет»;

    • «я не верю в точечные удары: слишком много жертв среди мирного населения».


  5. Специфика локальных военных операций и спецопераций (зачистка местности, физическое уничтожение боевиков, уничтожение или поимка главарей боевиков) затронута в 8% суждений:

    • «уничтожение боевиков и их баз в дальнейшем позволит вести переговоры с позиции силы»;

    • «необходим дифференцированный подход к мирному населению и бандитам»;

    • «уничтожение боевиков, и никаких переговоров о независимости»;

    • «если не прислушаются к военным сейчас, то будут считать, что у нас правительство предателей».


  6. «Подводные камни», неизбежные в ходе антитеррористической операции (опасность затягивания кампании, возможность принятия половинчатых решений и проведения необдуманных операций, чреватых неоправданными потерями), подвергаются анализу в 7% суждений:

    • «в случае затягивания кампании и появления большого числа жертв среди военнослужащих можно потерять поддержку россиян»;

    • «половинчатые решения опасны - через год-два боевики очухаются, и тогда жертв будет больше в три раза»;

    • «нельзя, чтобы кампания была приостановлена и стала бы предметом политической игры»;

    • «необходимо исключить возможность предательства армии высшими военными и гражданскими чинами».


  7. В 2% суждений для решения «чеченского вопроса» предлагается взять за образец тактику русской армии в кавказской войне XIX века:

    • «если санитарную зону вооружить - казачество - и восстановить прежний, естественный порядок охраны, который был, то, может быть, получится»;

    • «если чеченцы поднимают вопрос о выходе из России, т.е. они считают, что Россия делима, значит, надо тот же вопрос ставить и о Чечне: Чечню необходимо расколоть на две, а лучше даже на три части: на Надтеречную и ту, которая по другую сторону Терека. Войдет ли сюда Грозный - это вопрос. Лучше бы вошел. А южные, горные районы, - традиционная опора боевиков, район Бамута, родовые гнезда Басаева, которые наиболее агрессивно настроены к русским и к российской власти, они, наверно, останутся своеобразной резервацией. Сократить территорию, контролируемую бандитами, до минимума. Если это удастся, российская власть может в результате военных и политических операций расколоть Чечню, поделив на несколько частей, создать там систему управления, военных представителей. Конечно, ни о каком парламенте речь не идет. ... Но наш режим, который там сформирован, он должен с жителями получше обращаться, чем они»;

    • «у нас очень многие (с моей точки зрения, толково) говорят, что надо закрепиться на левом берегу Терека. Это равнинная зона. Этим мы снова повторяем ситуацию первой кавказской войны. Там тоже была равнина, и царские войска стояли на равнине. И в горы совершали только рейды усмирения, очень редкие, хорошо подготовленные».


  8. Сочетание санитарной зоны и широкомасштабной наземной операции предложено в 1% суждений:

    • «должна быть организована и санитарная зона, и военные операции. Но растянутые в пространстве и во времени, с целым комплексом других акций. Предположим, до Терека дошли, - это русскоязычное население в большинстве. Всю оставшуюся Чечню отключить от воды, света, тепла, дать возможность всему мирному населению выйти из этой зоны. А далее, если эта процедура подойдет, а сопротивление будет продолжаться, то сделать все возможное, чтобы внести раскол. Там же разные формирования, как-то отделить бандитов от не-бандитов. Если все это создать в комплексе, то эта проблема может растянуться еще года на два - на три. Но она потребует огромных экономических усилий».


  9. О сочетании авиаударов с широкомасштабной наземной операцией также говорилось мало (1% суждений).

  10. Одиночные суждения:

    • «Необходим геноцид, тотальное истребление чеченцев».
Политическое решение «чеченского вопроса»
  1. Возможность признания Россией независимости Чечни рассматривается в 7% суждений:

    • ни в коем случае не признавать независимость Чечни - 4%;

    • признание независимости необходимо - 3%.


    Основные аргументы «против» таковы:

    • «Россия неделима»;

    • «иначе не будем застрахованы от повторения террористических актов».


    Мнения выступающих «за» следующие:

    • «иначе придется уничтожить чеченцев как нацию»;

    • «признать независимость Чечни и отгородиться от нее санитарным кордоном»;

    • «в принципе, я бы считал, что Чечня, скорее всего, могла бы получить полную самостоятельность на определенных условиях и при определенных требованиях. Это должно быть, потому что там невозможно поддерживать ни российские законы в полной мере, ни контролировать прохождение финансовых и материальных ресурсов в силу особой специфики этой этнической группы и положения. ... И защита, укрепление со стороны, допустим, Ставрополья и Дагестана, создание нормальной полноценной границы со всеми атрибутами решения всех вопросов - наверно, это было бы нормально».


  2. Возможность переговоров с определенными силами в Чечне и осуществления других процедур для установления статуса Чечни затрагивается в 3% суждений:

    • «после уничтожения боевиков вопрос о независимости должны решать сами чеченцы путем референдума»;

    • «когда запросят пощады, провести переговоры, придать статус, как у Татарстана»;

    • «возможно предоставление особого статуса - передача части полномочий Чечне как субъекту федерации»;

    • «с Чечней заключить конфедеративный договор, чтобы на его основе вести какие-либо переговоры».


  3. Жесткое требование «Чечня должна жить по российским законам» содержится в 2% суждений.

  4. Установить на захваченных территориях военную администрацию, как это было в Германии после войны (комендатуры, комендантский час, жесткий контроль), предлагается в 2% суждений.

  5. Поиск партнеров для переговоров и придание законного статуса органам местного управления в республике как основная мера предлагается в 2% суждений:

    • «поиск реальных политиков в Чечне, с которыми можно вести диалог»;

    • «назначить, посоветовавшись с местными старейшинами, представителя из Москвы»;

    • «попытаться восстановить старый парламент, сформировать местные органы власти при поддержке чеченцев из числа оппозиционно настроенных к боевикам».


  6. Одиночные суждения:

    • «с чеченцами надо бороться руками самих чеченцев»;

    • «глупо и опасно создавать марионеточные правительства»;

    • «Ельцин должен признать свои ошибки по Чечне и уйти в отставку».

РЕЗУЛЬТАТЫ НОЯБРЬСКОГО ОПРОСА

Общая характеристика

В ноябрьском опросе для анализа было выделено 182 суждения. Из них в 51% отмечалось заметное влияние чеченских событий на жизнь регионов, где живут и работают эксперты. Отсутствие какого-либо влияния констатировалось в 28% суждений. Остальные суждения (21%) носят нейтральный характер.

В целом влияние чеченских событий наиболее сильно проявилось либо в южных регионах РФ, либо в регионах, принимающих беженцев, либо в местах дислокации военных госпиталей, воинских десантных частей.

Особые мнения

Мнения экспертов из Ставропольского края, граничащего с Чечней, и экспертов из Рязанской области, пережившей «шоковые» антитеррористические учения, несколько выпали из «общего хора» суждений.
  1. Эксперты из Ставрополя довольно часто отмечают позитивное влияние нынешней чеченской кампании на жизнь региона:

    • «прекратились набеги на приграничные районы, убийства прекратились, террор»;

    • «отрезания голов, угоны скоты, убийства людей прекратились»;

    • «весь регион почувствовал наконец-то, что можно жить в России и не бояться оказаться в Чечне изуродованными»;

    • «мы немножко получили финансовую помощь».


    При этом элита ставропольских СМИ отмечает увеличивающуюся нагрузку на экономику края («финансовые средства, людские ресурсы, инфраструктура, строительство, разумеется, отвлекаются»; «на нас не де-юре, но де-факто повесили вот эти три района - Наурский, Шелковской, Надтеречный»; «разумеется, какая-то помощь отвлекает средства от людей, от ресурсов нашего края») и усиление античеченских настроений («повысился рейтинг РНЕ, активизировалось казачество»).

    Эксперты говорят, что во всем происходящем «есть и плюс психологического плана»:

    • «с проведением этой операции наша граница отодвинулась вглубь Чечни, и есть какая-то надежда у людей, что с террористами будет покончено».


  2. Эксперты из Рязани, напротив, подчеркивают, что инцидент с учениями в их городе «резко ухудшил отношение к государственной власти»:

    • «люди в очередной раз поняли, что власти в общем-то наплевать на них и что она их защищать не будет».


    Вместе с тем рязанские эксперты отмечают и положительный сдвиг:

    • «заделали все решетки и подвалы - люди перестали бояться, так как там, где раньше бомжи были, теперь все решетки».
Воздействие чеченской кампании на жизнь российских регионов

Теперь рассмотрим суждения экспертов о том, как отозвалась чеченская кампания в двух типах регионов:

  • тех, где сильно влияние военных действий на жизнь региона (число суждений, в которых отмечается существенное воздействие чеченских событий на жизнь региона, в 5 раз больше числа суждений, в которых говорится о его отсутствии),

  • и тех, где это влияние слабо (суждения об отсутствии существенного влияния встречаются в 2 раза чаще, чем о наличии влияния).
К первому типу регионов относятся Брянская, Волгоградская, Ростовская, Ульяновская области, ко второму - Вологодская, Калужская, Калининградская области.
  1. В регионах с сильным влиянием чеченских событий среди позитивных последствий чаще всего указываются следующие:

    • «в общем криминальная обстановка улучшилась»; «дополнительные меры безопасности были приняты повсеместно - усиление дежурств»; «начали больше шевелиться органы правопорядка»;

    • «национальное самосознание какое-то вдруг появилось»; «появилось больше сплоченности, почти забытые домкомы, уличкомы, подъездные какие-то комитеты»; «наблюдается определенный подъем патриотизма»; «народ собирает помощь в виде одежды теплой, целые акции проводятся в коллективах, даже среди школьников»;

    • «появились центры психологической реабилитации, где пытаются лечить от боевых, а заодно и от всех прочих неврозов»;

    • «нет ни паники, ни психоза».


    Иными словами, основное позитивное влияние чеченской кампании региональная элита СМИ связывает с активизацией правоохранительных органов и появлением самодеятельной инициативы граждан, а также с возрождением национального сознания и патриотизма.

    Негативные последствия эксперты видят прежде всего в следующем:

    • военные потери, как материальные, так и человеческие («раненых привозят регулярно в госпиталь»; «уже и гробы поехали»; «появились беженцы»; «трудности осеннего призыва из этого, в основном, проистекают»; «присутствует тревога части призывников»);

    • нарастание античеченских, антикавказских настроений («уже были погромы на рынках, складах, доходит до того, что с местными чеченцами, которые здесь живут много лет, соседи перестали здороваться»; «психологически не любим мы "черных", сам понимаю, что нельзя, но не люблю»; «отношение, конечно, спроецировалось на мусульман негативное у народа, особенно на мусульман с Кавказа»).


  2. В регионах со слабым влиянием чеченских событий на жизнь местного населения эксперты чаще всего отмечают следующие последствия чеченской кампании:

    • организация гуманитарной помощи,

    • трудности с призывом в армию («хотя уклонистов и не прибавилось, но есть опасения, хотя этого больше боятся родители, чем выпускники»);

    • изменение психологической атмосферы («отразились, конечно, скорее чисто психологически, а так более или менее спокойно»; «специальные мероприятия - "Вихрь-антитеррор" - очень усложняют жизнь»; «единственное, что есть, это внесение какого-то раздрая в само общество»).

РЕЗЮМЕ

  1. Большинство экспертов, отвечавших на вопрос о возможных путях решения проблемы Чечни, делает упор на силовые методы решения чеченского вопроса. Рекомендуются такие меры, как проведение широкомасштабной военной операции, установление вокруг Чечни санитарного кордона, сочетание санитарного кордона с авиационными рейдами на базы террористов.

  2. Большая часть суждений экспертов по политическому решению чеченской проблемы подразумевает проведение "политики силы", хотя не исключается определенная степень автономии для Чечни или же тех районов, которые ранее составляли Чечню (раздел республики на несколько административных единиц). Меньшинство респондентов допускает отделение Чечни от России.

  3. В суждениях экспертов выражается солидарность с позицией, занимаемой премьер-министром В.Путиным. Указывается на принципиальное отличие нынешней кампании от первой чеченской войны, одобряется организация ведения боевых действий. Отмечается необходимость подавления боевиков до конца, недопущения превращения «чеченского вопроса» в разменную карту политической игры.

  4. Целому ряду экспертов представляются важными вопросы налаживания мирной жизни на освобожденных от террористов территориях и создания положительного примера нормально функционирующей экономики.

  5. Мнения экспертов по проблемам воздействия событий в Чечне на жизнь других регионов России можно подытожить следующим образом:

    • в граничащем с Чечней Ставропольском крае в первую очередь отмечается позитивный результат антитеррористической акции - прекращение бандитских вылазок;

    • в Рязани, где спецслужбы отрабатывали методы противодействия террору, не предупредив жителей города об идущих учениях, инцидент вызвал негативную реакцию не только на действия ФСБ, но и на политику государственной власти в целом;

    • в областях, где сильно ощущается влияние чеченских событий (большинство из них территориально находится недалеко от Кавказского региона), эксперты отмечают как эффект сплочения населения перед лицом угрозы террора, так и рост античеченских, антикавказских настроений;

    • в регионах, где близость Чеченской войны ощущается не так сильно, эксперты говорят в первую очередь о жесткости властей к населению в связи с антитеррористическими мероприятиями, об опасениях за судьбу призывников, об общем ухудшении психологической атмосферы.