Документ опубликован на сайте www.fom.ru
http://bd.fom.ru/report/cat/business/ec_bus/businessman/of052202 Суд над Михаилом Ходорковским 09.06.2005 [отчет] Результаты исследования полностью см.:http://bd.fom.ru/map/projects/dominant/dom0523/domt0523_2 За судебным процессом по делу М. Ходорковского следили только 28% россиян (среди граждан с высшим образованием - 48%), однако то или иное мнение о приговоре, вынесенном бывшему руководителю ЮКОСа, сложилось у большинства: 30% опрошенных сочли его справедливым и почти столько же - 27% - несправедливым. Причем если те, кто не проявлял внимания к процессу, чаще склоняются к первой точке зрения, то следившие за его ходом - ко второй: 35% из них признают решение суда справедливым и 43% - несправедливым (остальные затрудняются с оценкой). Респонденты, считающие приговор несправедливым, приводили свои аргументы в ответах на соответствующий открытый вопрос. Чаще всего они говорили, что суд принял слишком мягкое решение (13% от всех опрошенных) либо даже заявляли, что "по таким делам надо расстреливать" (1%). Кроме того, некоторые высказывались за конфискацию всего имущества осужденного (1%). Противоположное мнение звучало значительно реже: 2% опрошенных заявили, что М. Ходорковский невиновен, 1% - что он сделал много хорошего для страны, еще 2% - что кара чересчур жестока. Сравнительно часто говорилось, что М. Ходорковский оказался "козлом отпущения": "если сажать, то всех виновных в похожих нарушениях закона" (4%). Большинство считающих приговор несправедливым (54%) заявили, что на месте суда назначили бы М. Ходорковскому более суровое наказание, 18% - более мягкое и 14% - оправдали бы его. Причем и среди тех, кто расценил приговор как справедливый, довольно многие (32%) предпочли бы, чтобы он был более жестким. В целом же участники опроса высказывались за более суровый приговор вдвое чаще, чем за оправдание либо более мягкое наказание М. Ходорковского (29% против 6% и 9% соответственно).
Заслуживают внимания различия в позициях "отцов" и "детей": если среди молодых респондентов доли высказавшихся за более суровый приговор, с одной стороны, и за более мягкое наказание либо оправдание - с другой, практически одинаковы (20% и 19%), то среди относительно пожилых участников опроса первых оказалось втрое больше, чем вторых (36% и 11%). Но, пожалуй, еще более существенным представляется следующее: респонденты, следившие за ходом процесса, гораздо чаще проявляли "снисходительность" к М. Ходорковскому, чем те, кто за процессом не следил. Среди первых 30% заявили, что на месте суда освободили бы бывшего главу ЮКОСа от наказания либо вынесли ему более мягкий приговор (12% и 18% соответственно), и лишь немногим больше - 37% - наказали бы его суровее. А среди вторых высказавшихся за освобождение М. Ходорковского или смягчение наказания (3% и 6% соответственно) оказалось втрое меньше, чем считающих, что покарать его следовало еще жестче (27%). Отсюда следует, что распространенность второй точки зрения обусловлена не столько ходом процесса, не столько убедительностью аргументации обвинения, сколько "изначальной" неприязнью россиян к "олигархам", уверенностью в том, что обладатели крупнейших состояний "по определению" преступны и заслуживают самой суровой кары. Это, кстати, подтверждается и тем, что подавляющее большинство опрошенных (67%) относятся к М. Ходорковскому так же, как и к другим крупным российским бизнесменам, и еще 19% затрудняются сказать, отличается ли их отношение к нему от отношения к другим представителям данного социального слоя; при этом очень немногие относятся к М. Ходорковскому лучше (5%) либо хуже (9%), чем к другим крупным бизнесменам. Если россияне, следившие за процессом, продемонстрировали в целом значительно более благосклонное отношение к осужденному, нежели те, кто за судом не следил, то это означает, что доводы защиты выглядели в глазах наблюдателей более убедительно, нежели аргументы обвинения. Наконец, следует обратить внимание на то, что мнение, согласно которому суд, вынося приговор М. Ходорковскому, руководствовался только законом, разделяют лишь 25% россиян, тогда как 34% считают, что он, наряду с законом, руководствовался и "другими соображениями": чаще всего респонденты, разделяющие эту точку зрения, полагают, что процесс был политическим (7% от всех опрошенных), показательным - призванным произвести должное впечатление на других представителей крупного бизнеса (4%), что М. Ходорковский "кому-то наступил на мозоль" (2%), что на суд давили "сверху" (2%). Нередко звучало и предположение о том, что судьи руководствовались корыстными мотивами (5%). Причем среди респондентов, следивших за процессом, безоговорочно преобладает мнение об учете судом "других соображений" (56% против 24%, полагающих, что он руководствовался только законом). Впрочем, россияне, похоже, не слишком твердо уверены в том, что справедливость суда и следование исключительно букве закона неразрывно связаны. Во всяком случае, треть респондентов, признающих приговор М. Ходорковскому справедливым (31% этой группы опрошенных), полагают, что суд, вынося этот приговор, руководствовался не только законом, но и другими соображениями. Григорий Кертман Фонд "Общественное мнение". Всероссийский опрос городского и сельского населения в 100 населенных пунктах 44 областей, краев и республик всех экономико-географических зон. Метод опроса - интервью по месту жительства. Статистическая погрешность не превышает 3,6%. 4 июня 2005 года. 1500 респондентов. |
![]() | ||
![]() |
![]() |