![]() |
![]() ![]() ![]() На главный сайт ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() |
31.01.1999, Кертман Г.Л. ПАРЛАМЕНТСКИЕ ВЫБОРЫ: НОВЫЕ НЮАНСЫ Наиболее значимым результатом очередного измерения электоральных предпочтений российских граждан следует, несомненно, признать заметное усиление позиций "Отечества". Разрыв между тройкой фаворитов и остальными потенциальными участниками избирательной кампании возрастает, и сегодня уже более 50% респондентов заявляют о намерении проголосовать за КПРФ, "Яблоко" или "Отечество". Вопрос: "Если бы выборы в Государственную Думу состоялись в ближайшее воскресенье, за какую партию, движение (КРО (Д.Рагозин), "Трудовая Россия" (В.Анпилов), РНЕ (А.Баркашов) - менее 0,5%) Вы проголосовали бы скорее всего?"
Следует отметить, что определенное влияние на результаты последнего опроса оказало изъятие из перечня вариантов ответа графы "еще не решил(а)". Часть респондентов, не вполне определившихся в своих электоральных предпочтениях, избрала в такой ситуации вариант "затрудняюсь ответить" (отсюда рост этого показателя), но многие, очевидно, сочли необходимым обнародовать свои сугубо предварительные соображения. В результате доля респондентов, отказавшихся от определенного ответа, сократилась с 22% (12%+10%) до 15%. Вероятно, прирост доли "определившихся" таким образом респондентов сыграл какую-то роль в улучшении показателей "Отечества" и тройки фаворитов в целом, но нет серьезных оснований сомневаться в том, что тенденция к укреплению их позиций имеет место в действительности. Логично предположить, что часть "дивидендов" от "сокращения" доли нерешительных респондентов досталась, напротив, аутсайдерам: чем еще можно объяснить рост числа "голосов", поданных, например, за ПСТ (с 0,3% до 1,6%) или "Народовластие" (с 0,4% до 1,2%), не обнаруживающих в последние месяцы каких-либо признаков активности? Поскольку быстрый рост рейтинга "Отечества" сопровождается не ослаблением "Яблока" (чего можно было бы ожидать, учитывая известную близость идеологических и политических установок сторонников Ю.Лужкова и Г.Явлинского), а, наоборот, его усилением, тогда как электорат КПРФ, похоже, прочно "законсервировался", можно ожидать, что тройка фаворитов получит подавляющее большинство парламентских мандатов, "разыгрываемых" по пропорциональной системе Большинство специалистов, как известно, полагает, что НРП А.Лебедя имеет все основания рассчитывать на преодоление пятипроцентного барьера. Приведенные выше данные этому, кажется, не противоречат, но результаты опроса фиксируют значимые симптомы ослабления политических позиций партии красноярского губернатора. Вопрос: "Представителей каких из перечисленных партий /политических блоков, движений/ Вы бы хотели видеть в Государственной Думе?" (любое число ответов)
Если доля респондентов, желающих видеть в Думе представителей "Яблока" и "Отечества", возрастает, то число опрошенных, высказывающихся в пользу парламентского представительства НРП, напротив, сокращается, и ее отставание от фаворитов по этому показателю, фиксирующему границы электорального потенциала партий и движений, стало весьма значительным. Причем каждому из фаворитов парламентских выборов - и КПРФ, и "Яблоку", и "Отечеству" - сторонники красноярского губернатора симпатизируют чаще, чем приверженцы последних - партии А.Лебедя. А это означает, что вероятность "утечки" голосов к этим партиям - выше, нежели шансы НРП "поживиться" за счет "чужого" электората. Другим тревожным для НРП симптомом является укрепление позиций ЛДПР. Как известно, электораты А.Лебедя и В.Жириновского во многом близки. Это подтверждается и данными рассматриваемого опроса: 13% сторонников А.Лебедя хотели бы видеть ЛДПР представленной в Думе, тогда как среди сторонников других претендентов на президентское кресло лишь по 5-6% опрошенных желают успеха партии В.Жириновского. Очевидно поэтому, что на решающей стадии избирательной кампании неизбежна острая конкуренция между лидерами НРП и ЛДПР. Последний неоднократно демонстрировал способность мобилизовать электорат накануне голосования и финишировать с более высокими, чем ожидалось, результатами. Положение А.Лебедя осложняется идейно-политической разнородностью его электората: 30% сторонников губернатора симпатизируют "Яблоку", и удерживать эту часть приверженцев, одновременно сражаясь с лидером ЛДПР за голоса их общих поклонников, будет непросто. Следует учесть и то, что имени красноярского губернатора в списке кандидатов от НРП не будет, и это обстоятельство может вдвойне пагубно отразиться на результатах голосования: часть наименее ангажированных избирателей может просто не идентифицировать партию с ее лидером, а некоторая часть - сознательно отдать свои голоса другим партиям, полагая, что фракция, сформированная из представителей НРП, в отсутствие А.Лебедя не будет заслуживать доверия. С этой проблемой предстоит столкнуться и Ю.Лужкову, но последний, располагая неизмеримо большими информационно-пропагандистскими ресурсами, сможет, по-видимому, свести к минимуму негативный эффект своего отсутствия в списке. Сегодня, во всяком случае, ситуация выглядит следующим образом: за три истекших месяца среди сторонников Ю.Лужкова как кандидата в президенты доля респондентов, намеренных голосовать за "Отечество", возросла с 44% до 61%, тогда как среди сторонников А.Лебедя доля собирающихся отдать голоса за НРП сократилась с 68% до 56%. Если же учесть повышенную уязвимость А.Лебедя как действующего губернатора, находящегося в конфликте и с влиятельными силами в Красноярском крае, и с рядом бывших приверженцев, то следует заключить, что "запаса прочности", который гарантировал бы преодоление пятипроцентного барьера, у Народно-республиканской партии нет. "Виртуальные" партии Б.Немцова, С.Кириенко, А.Чубайса и ДВР Е.Гайдара получили на этот раз 4,5% "голосов", что может считаться определенным успехом в сравнении с показателем двухмесячной давности, когда их совокупный "рейтинг" составил 2,5%. Однако шансы либералов на преодоление пятипроцентного барьера даже в случае объединения их сил и выдвижения на первый план С.Кириенко (его партию хотели бы видеть в Думе 8% опрошенных, тогда как партию Б.Немцова - 6%, Е.Гайдара - 4%, А.Чубайса - 2%) выглядят сегодня достаточно эфемерными. Гипотетический блок "Е.Лахова - Э.Памфилова - И.Хакамада" дебютировал неудачно, получив меньше "голосов", чем ранее стабильно получали "Женщины России". Еще важнее то, что заметно - с 15% до 11% - сократилась доля респондентов, которые хотели бы видеть данный блок представленным в Думе. Причем любопытно, что потери понесены в основном за счет ослабления симпатий со стороны избирательниц (за присутствие женского блока в Думе три месяца назад высказались 9% мужчин и 20% женщин, а сейчас, соответственно, - 8% и 14%). Очевидно, некоторые - хотя и, безусловно, не слишком высокие - шансы на преодоление пятипроцентного барьера останутся у женского блока лишь в случае, если он сохранит традиционное название. Вопрос об отношении респондентов к леворадикальному националистическому блоку В.Илюхина - А.Макашова - В.Анпилова пока не ставился, однако данные опроса дают основания усомниться в том, что это новообразование имеет политические перспективы. Вроде бы не приходится сомневаться в том, что в российском обществе немало людей, разделяющих взгляды инициаторов создания данного блока. Однако увидеть в Думе "трудороссов" во главе с В.Ан-пиловым хотели бы лишь 3% опрошенных (три месяца назад - 4%), а поспособствовать этому своими голосами - 0,3%. Любопытно то, что ни один респондент, собирающийся на президентских выборах голосовать за Г.Зю-га-но-ва (равно как и за А.Лебедя), не намерен поддерживать В.Анпилова на выборах парламентских, зато в его крайне немногочисленном "электорате" встречаются приверженцы Ю.Лужкова и Г.Явлинского, возможно, обладающие специфическим чувством юмора. В целом трудно предположить, каким образом новый леворадикальный блок мог бы отмобилизовать миллионы сторонников и взять пятипроцентный барьер. За последние месяцы политические предпочтения граждан, намеревающихся на президентских выборах поддержать действующего премьера, претерпели заметные изменения. Вопрос: "Если бы выборы в Государственную Думу состоялись в ближайшее воскресенье, за какую партию, движение Вы проголосовали бы скорее всего?"
Если три месяца назад распределение их политических симпатий почти совпадало с общенациональным, то затем сторонников Е.Примакова охватила нерешительность; при этом уровень поддержки, которую они намеревались оказать всем фаворитам кампании, за исключением "Отечества", существенно снизился. Сейчас же они определенно демонстрируют "правый уклон", значительно чаще, чем респонденты в целом, высказываясь за "Яблоко" и "Отечество", и значительно реже - за КПРФ и НРП. Трудно сказать, с чем связаны эти перемены, но нельзя исключить того, что эволюцию претерпевают не столько взгляды, сколько состав сторонников Е.Примакова: он сегодня в большей мере воспринимается как политик реформистской ориентации, и его электорат, соответственно, "правеет". Разумеется, это всего лишь одно из возможных объяснений, нуждающееся в проверке. Вопрос: "Что из перечисленного для Вас важнее всего, когда Вы решаете, за какую партию (политический блок) голосовать на выборах?" (не более трех ответов)
Приведенные данные, безусловно, не следует понимать буквально: иерархия критериев, которой в действительности руководствуются избиратели, весьма существенно отличается от той, которая представлена здесь. О "практических делах" партий подавляющее большинство избирателей осведомлено в ничтожной степени, поскольку исполнительная власть ни на федеральном, ни, в большинстве случаев, на региональном уровне партиями не контролируется, а за их парламентской (в особенности, законотворческой) деятельностью российские граждане следят не слишком внимательно. Достаточно курьезно выглядит то, что об ориентации на "практические дела" чаще всего говорят сторонники Ю.Лужкова, партия которого пребывает еще в стадии формирования. Да и приверженцы А.Лебедя едва ли знают что-либо о возглавляемой им партии. Программы партий избирателям тоже, как правило, неведомы. А вот фигуры партийных лидеров во многом предопределяют их выбор, и об этом недвусмысленно свидетельствуют результаты опросов. Тем не менее, утверждения респондентов представляют немалый интерес, поскольку они в значительной мере воспроизводят их представления об идеальном избирателе и, что еще существеннее, отражают ожидания, с которыми должны будут так или иначе считаться претенденты на депутатские мандаты. Наиболее внятно здесь выражен акцент на прагматизм: избиратели требуют, чтобы партийные лидеры демонстрировали практические результаты деятельности возглавляемых ими организаций. Парадокс, однако, заключается в том, что реальные плоды партийной деятельности - и прежде всего принятые или отклоненные законы - зачастую не воспринимаются избирателями как "практические дела", поскольку для современной российской политической культуры характерно противопоставление понятий "дело" и "политика". Вместе с тем, хозяйственные достижения московского мэра вполне могут "пойти в зачет" его партии, которая, конечно, не имеет к ним никакого отношения. Утверждая, что "программы" для них важнее, чем "идейные позиции", респонденты фактически тоже формулируют "заказ" на прагматическую тональность предвыборной кампании. Излишне говорить, что полноценная партийная программа неизбежно выстраивается в соответствии с определенными идейными установками, и противопоставление здесь в значительной мере условное. Но уже от партийных лидеров зависит, в какой мере эксплицировать эти идейные установки, а в какой - оставлять их в "подтексте", излагая свои программы как некие "планы мероприятий", как предложения по наиболее "технологичному" решению экономических и социальных проблем. Приведенные данные свидетельствуют о том, что избиратели отдают предпочтение "деидеологизированному" стилю. |