![]() |
![]() ![]() ![]() На главный сайт ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() |
02.06.1999, Кертман Г.Л. ПОСТСКРИПТУМ К ИМПИЧМЕНТУ Большинство российских граждан недовольны исходом борьбы вокруг импичмента. Вопрос: «15 мая в Государственной Думе состоялось голосование по импичменту президента, но ни один из пяти пунктов обвинения не набрал необходимого числа голосов. Вы лично удовлетворены или не удовлетворены результатами голосования?"
Следует отметить, что наши соотечественники признают предъявленные Б.Ельцину обвинения справедливыми еще чаще, чем выражают недовольство итогами голосования. Согласно данным опроса ФОМ, проведенного практически одновременно с решающим заседанием Думы (15-16 мая), признали президента виновным, в зависимости от пункта обвинения, от 67% респондентов ("геноцид российского народа") до 87% ("война в Чечне"). В то же время оправдательный вердикт вынесли от 7% опрошенных ("война в Чечне") до 17% ("развал СССР"). Следовательно, даже некоторые респонденты, заявляющие, что они удовлетворены итогами голосования (не говоря уже об избравших "нейтральные" варианты ответа), вовсе не считают, что в результате провала импичмента восторжествовала справедливость. Их позитивное либо нейтральное отношение к этому событию обусловлено другими соображениями - главным образом, несомненно, стремлением к стабильности: иной исход голосования усугубил бы политический кризис, последствия которого никто не смог бы с уверенностью предсказать. О том, что дело обстоит именно так, косвенно свидетельствуют приведенные ниже данные. Вопрос: «Некоторые политики призывают Б.Ельцина добровольно уйти в отставку, другие считают необходимым ограничить его полномочия, третьи хотят, чтобы президент доработал весь срок с прежними полномочиями. А Вы лично какой точки зрения придерживаетесь?"
Хотя доля опрошенных, высказывающихся за уход Б.Ельцина в отставку, практически совпадает с долей недовольных итогами голосования по импичменту, а доля сторонников его пребывания на посту до истечения президентского срока без ограничения полномочий - с долей удовлетворенных итогами голосования, многие респонденты, как выясняется, высказались "алогично". В самом деле, 17% респондентов, приветствующих провал импичмента, полагают, тем не менее, что президент должен покинуть свой пост добровольно. В то же время 9% опрошенных, сожалеющих об этом провале, выступают за то, чтобы Б.Ельцин оставался президентом до конца срока и даже без ограничения полномочий. Очевидно, что обе группы респондентов оценивают деятельность Б.Ельцина весьма критически, а их по-разному проявляющаяся снисходительность к главе государства обусловлена преимущественно желанием избежать политических потрясений. Вопрос: «Некоторые политики призывают Б.Ельцина добровольно уйти в отставку, другие считают необходимым ограничить его полномочия, третьи хотят, чтобы президент доработал весь срок с прежними полномочиями. А Вы лично какой точки зрения придерживаетесь?"
Максимальную лояльность по отношению к президенту демонстрируют респонденты, ориентирующиеся на Ю.Лужкова и Г.Явлинского: здесь чуть более половины опрошенных высказываются за его досрочную отставку, а около 1/4 - за исполнение им своих обязанностей до лета 2000 г. при неизменном объеме полномочий. По сравнению с концом августа прошлого года, т.е. с моментом предыдущего правительственного кризиса, доля респондентов, настаивающих на досрочной отставке Б.Ельцина, несколько снизилась, а доля сторонников статус-кво возросла. Однако эти изменения не слишком велики, и они вполне могут быть объяснены, во-первых, усталостью от политических потрясений, а во-вторых, тем, что срок окончания президентских полномочий Б.Ельцина значительно приблизился, и, соответственно, проведение досрочных выборов может представляться части респондентов не столь оправданным. Но более существенно иное. Еще в середине апреля 47% российских граждан полагали, что Дума должна, "исходя из сегодняшних интересов России", приступить к процедуре импичмента, а 40% считали, что законодатели не должны этого делать. Сейчас же, повторим, 62% респондентов сожалеют о том, что Дума не смогла предъявить президенту обвинение, и лишь 17% удовлетворены этим. Столь резкий сдвиг в настроениях наших соотечественников вызван, конечно, отставкой Е.Примакова: это решение осудили 81%, а одобрили только 8% респондентов (опрос ФОМ 15-16 мая).
Лидер КПРФ, правда, получил определенные дивиденды: 14% опрошенных заявили, что позиция Г.Зюганова по вопросу об импичменте позитивно сказалась на их отношении к нему, и лишь 6% - что это влияние оказалось негативным. Но этот результат получен по большей части за счет высказываний респондентов, принадлежащих к числу приверженцев Г.Зюганова. Иначе говоря, политико-пропагандистский эффект состоит здесь не столько в привлечении новых сторонников, сколько в консолидации "собственной" электоральной опоры КПРФ. Впрочем, баланс положительных и отрицательных откликов оказался в целом благоприятным для Г.Зюганова и в среде сторонников А.Лебедя и Е.Примакова. Последнее особенно существенно, поскольку достаточно внушительный электорат бывшего премьера может и на парламентских, и на президентских выборах стать объектом ожесточенной борьбы между КПРФ и политиками центристского толка. Однако само (на первый взгляд, бесспорное) предположение, что позиция того или иного политика по вопросу об импичменте может непосредственно отразиться на электоральных перспективах возглавляемой им партии или движения, в известной мере опровергается приведенными выше данными. Сравним мнения, высказанные респондентами о двух политиках, очень энергично выступавших против импичмента: В.Жириновском и В.Рыжкове. Такая позиция, как мы видели, весьма непопулярна, и следовало бы, кажется, ожидать, что отстаивающие ее подвергнутся осуждению. Отношение к лидеру ЛДПР, действительно, изменилось к худшему - во всяком случае, доля заявляющих об этом в электорате каждого из основных потенциальных претендентов на президентский пост превышает долю утверждающих обратное. (Не забудем, впрочем, что именно после голосования по импичменту "президентский" рейтинг самого В.Жириновского вырос, и он, впервые после 1996 г. опередив А.Лебедя, вплотную приблизился по этому показателю к Г.Явлинскому.) Но реакция респондентов на выступления В.Рыжкова оказалась прямо противоположной, хотя он не менее последовательно, чем Владимир Вольфович, отстаивал мнение о нежелательности импичмента. Тем не менее, сторонники всех без исключения претендентов на президентский пост чаще заявляют о том, что их отношение к лидеру фракции НДР улучшилось, чем об ухудшении своего отношения к нему. Вопрос: «... Ваше отношение к В.Рыжкову улучшилось, ухудшилось или не изменилось?"
То, что 22% респондентов, удовлетворенных провалом импичмента, заявляют об улучшении своего отношения к В.Рыжкову вследствие занятой им позиции, тогда как лишь 5% говорят об обратном, выглядит логичным и естественным. Но факт, что эта позиция снискала симпатии 12% опрошенных, не довольных результатами голосования, и вызвала антипатию только у 6% разочарованных респондентов, выглядит на первый взгляд абсурдным. Здесь, вероятно, следует сделать вывод: респонденты фактически восприняли попытку импичмента не столько как политическое сражение, исход которого способен оказать реальное влияние на судьбу страны, сколько как политический диспут. И реагировали, соответственно, не только на то, какие цели ставили перед собой участники этой баталии, но и на то, какие средства они использовали. По-видимому, аргументация участников, стиль полемики в большей (или, по крайней мере, не в меньшей) степени сказались на распределении симпатий и антипатий аудитории, чем то, за или против импичмента выступал тот или иной политик. В.Рыжков оказался на высоте, и поэтому 8% опрошенных, заявляющих, что исход голосования им безразличен, а также 9% затруднившихся назвать более предпочтительный для них исход процедуры отдали лидеру фракции НДР свои симпатии, тогда как об ухудшении отношения здесь заявили лишь по 1% опрошенных.
|