fom.ru · Поиск ·      








07.07.1999, Кертман Г.Л.

ПОЛИТИЧЕСКИЙ ПОТЕНЦИАЛ С.СТЕПАШИНА



Новый премьер-министр сумел завоевать симпатии значительной части российских граждан. Вот уже три недели респонденты заявляют о том, что С.Степашин производит на них благоприятное впечатление, в четыре раза чаще, чем утверждают обратное.

Вопрос: Практически каждый день телевидение, радио, пресса сообщают о действиях С.Степашина. Если взять последние две-три недели, то в целом какое у Вас сложилось впечатление о С.Степашине - хорошее или плохое?

 ВсеСреди электоратов
ПримаковаЛужковаЯвлинскогоЗюгановаЛебедяЖириновского
впечатление еще не сложилось37393731325039
хорошее39424151423226
плохое10810811917
затр. ответить1411111115917


Причем следует отметить, что такое соотношение позитивных и негативных оценок главы правительства характерно и для сторонников Г.Зюганова, и для почитателей Ю.Лужкова, и для приверженцев Е.Примакова. Имидж С.Степашина, следовательно, не имеет отчетливой идейно-политической, "партийной" окраски.

Вопрос: В какой мере лично Вы доверяете сегодня С.Степашину?

 ВсеСреди электоратов
ПримаковаЛужковаЯвлинскогоЗюгановаЛебедяЖириновского
доверяю24282220232217
в равной мере доверяю и не доверяю22232926203021
не доверяю29212528372538
затр. ответить25282325212424


Вместе с тем респонденты несколько чаще заявляют о недоверии к С.Степашину, чем о доверии к нему. И здесь зависимость суждений опрошенных от их электоральных предпочтений обнаруживается значительно более отчетливо: если коммунистический электорат склоняется к недоверию, то сторонники бывшего премьера демонстрируют в этом отношении гораздо большую лояльность к его преемнику. Приверженцы Г.Явлинского, которые чаще, чем сторонники Ю.Лужкова и Е.Примакова, заявляют о положительном впечатлении, производимом на них С.Степашиным, относятся к нему, однако же, с большим недоверием.

Естественно предположить, что эти различия определяются главным образом степенью недоверия респондентов к власти как таковой. В той или иной мере такое недоверие характерно для подавляющего большинства российских граждан - это едва ли требует доказательств. Впрочем, достаточно яркой иллюстрацией может служить уже сам факт, что респонденты втрое чаще заявляют о недоверии к главе правительства, чем о том, что он производит на них негативное впечатление. Ведь это означает, что из каждых трех граждан, решительно отказывающих премьеру в доверии, антипатию к нему испытывает лишь один, тогда как двое не доверяют "авансом", безотносительно к собственному, еще не вполне сформировавшемуся впечатлению от деятельности С.Степашина во главе кабинета.

Если попытаться несколько умозрительно ранжировать четыре "больших" электората (Г.Зюганова, Ю.Лужкова, Е.Примакова, Г.Явлинского) по степени доверия или недоверия к власти в целом, то максимальной "доверчивости" следует, по-видимому, ожидать от приверженцев бывшего премьера. Во-первых, очевидно, что большинство респондентов, желающих видеть Е.Примакова президентом, прониклись симпатией к нему тогда, когда он находился у самой вершины властной пирамиды - возглавлял российское правительство. Во-вторых, экс-премьер как бы олицетворяет преемственность между советской и постсоветской политической элитой, демонстрируя и своей карьерой, и стилем поведения принадлежность к узкому кругу "жрецов" российской власти.

Максимального же недоверия к действующей власти логично ожидать от сторонников лидера КПРФ - партии, аккумулирующей "протестные настроения" и демонстрирующей тотальную оппозиционность существующему "режиму".

Что касается Ю.Лужкова и Г.Явлинского, то первый из них, безусловно, является в глазах респондентов "человеком власти" (как бы ни складывались его отношения с Кремлем), а второй - "вечным оппозиционером", постоянно дистанцирующимся от президента и любого правительства (но, в отличие от лидеров левых, оппозиционером "системным", уважающим конституционные нормы и дорожащим политической стабильностью).

Соответственно, по предрасположенности к недоверию власти "большие" электораты, по логике вещей, должны "выстраиваться" следующим образом: сторонники Г.Зюганова (максимальное недоверие), Г.Явлинского, Ю.Лужкова, Е.Примакова. Как явствует из приведенных выше данных, по уровню доверия - недоверия к С.Степашину эти электораты располагаются именно в такой последовательности. И это обстоятельство (в сочетании с тем, что сторонники различных претендентов на президентский пост дают схожие ответы на вопрос о впечатлении, которое производит на них С.Степашин) дает основания полагать: отношение респондентов к нему самому, а не к занимаемой им должности, практически не зависит от их политических ориентаций.

Соотношение доверяющих и не доверяющих С.Степашину оказывается более благоприятным для премьера, чем аналогичное соотношение для любого потенциального кандидата на президентский пост, за исключением Е.Примакова.

Вопрос: В какой мере лично Вы доверяете сегодня... ?

 ЗюгановуЛебедюЛужковуПримаковуСтепашинуЯвлинскому
доверяю282030512424
в равной мере доверяю и не доверяю101619192215
не доверяю565540212950
затр. ответить691192512


Такая расстановка сил непосредственно отражается на электоральных предпочтениях избирателей: в случае выхода во второй тур президентских выборов С.Степашин уверенно "выигрывает" у Г.Зюганова и Г.Явлинского и получает скромный перевес над Ю.Лужковым, хотя и терпит - как и все прочие потенциальные претенденты - сокрушительное поражение от Е.Примакова.

Вопрос: Если бы Вам сегодня пришлось выбирать президента из следующих двух политиков, за кого бы Вы проголосовали?

 ВсеСреди электоратов
ЖириновскогоЗюгановаЛебедяЛужковаПримаковаСтепашинаЯвлинского
за С.Степашина или за Г.Явлинского?
за С.Степашина353038423743935
за Г.Явлинского221813192918489
за Г.Зюганова или за С.Степашина?
за Г.Зюганова271888211123512
за С.Степашина363164250489249
за С.Степашина или за Е.Примакова?
за С.Степашина252326222779030
за Е.Примакова463752465289643
за С.Степашина или за Ю.Лужкова?
за С.Степашина332942298409533
за Ю.Лужкова313014338726334


Следует обратить внимание на тот факт, что в случае гипотетического противостояния с лидером КПРФ премьер может рассчитывать не только на решительную поддержку сторонников Ю.Лужкова и Г.Явлинского, но и на весьма благожелательное отношение со стороны приверженцев своего предшественника. Готовность электората Е.Примакова предпочесть в этой ситуации С.Степашина (в соотношении 2:1) свидетельствует о том, что довольно широко распространенное представление о "левизне" сторонников бывшего премьера не вполне корректно. Тем более что электорат Е.Примакова не склонен поддерживать лидера КПРФ и в случае его соперничества с московским мэром (в этом случае за Г.Зюганова проголосовали бы 30% сторонников Е.Примакова, а за Ю. Лужкова - 39%), а в ситуации наиболее "чистого" теста на "левизну" - при выборе между Г.Зюгановым и лидером демократической оппозиции Г.Явлинским - лагерь приверженцев бывшего премьера "раскалывается" практически пополам (29% против 28%).

Из этого следует, что тревоги либеральной прессы по поводу возможного альянса Е.Примакова с коммунистами не слишком обоснованны. Подобный альянс, безусловно, несколько усилил бы КПРФ, но ни о каком "механическом" сложении голосов в этом случае не могло бы быть и речи: значительная (скорее всего - большая) часть электората Е.Примакова не пошла бы за ним столь далеко влево.

Однако вернемся к С.Степашину. Подлинно сенсационным результатом опроса можно считать его "победу" над столичным мэром, которая, как легко заметить, обеспечивается благодаря тому, что коммунистический электорат чрезвычайно решительно - в соотношении 3:1 - предпочитает Ю.Лужкову нового премьера. Столь мощная поддержка слева представляется труднообъяснимой. Хотя фракция КПРФ и проголосовала за утверждение кандидатуры С.Степашина на пост премьера, лидеры компартии недвусмысленно давали понять, что не в восторге от этой кандидатуры, а на протяжении последнего месяца достаточно определенно демонстрировали недовольство кабинетом. Возможно, важнее другой фактор: коммунистический электорат склонен рассматривать С.Степашина как "меньшее зло" по сравнению с лидером "Отечества".

В пользу этого предположения говорит тот факт, что, выбирая между Ю.Лужковым и Г.Явлинским, сторонники Г.Зюганова отдают первому 28% "голосов", а второму - 17%. Абсолютное же большинство приверженцев лидера КПРФ отказываются сделать выбор в такой ситуации, причем 37% заявляют, что будут голосовать против обоих кандидатов. Иначе говоря, лишь немногим более четверти коммунистического электората соглашаются признать Ю.Лужкова "меньшим злом" даже в сравнении со столь явным и открытым антикоммунистом, как лидер "Яблока", и более того - каждый шестой предпочитает последнего. Но если сторонники Г.Зюганова столь критически относятся к московскому мэру, то это, по-видимому, может в известной мере объяснить предпочтение, оказываемое ими премьеру, чье политическое кредо пока остается для большинства респондентов неясным.

Разумеется, сегодня перспектива выхода С.Степашина во второй тур президентских выборов выглядит не слишком реалистичной: ведь пока он весьма существенно отстает от фаворитов. И в случае участия в выборах Е.Примакова маловероятно, чтобы действующий премьер смог преодолеть это отставание. Но если его предшественник не выйдет на старт президентской гонки, ситуация может измениться. Правда, сегодня определенный отказ Е. Примакова от участия в выборах не усилил бы позиции С.Степашина относительно других фаворитов: "голоса" сторонников экс-премьера распределились бы между ними, согласно результатам данного опроса, весьма равномерно: 16% - Г.Зюганову и по 15% - Ю.Лужкову, Г.Явлинскому и С.Степашину. Но поскольку при "парных" голосованиях электорат Е.Примакова определенно предпочитает последнего всем прочим, то можно предположить, что по мере развертывания предвыборной кампании доля "примаковского наследства", приходящаяся на действующего премьера, будет возрастать.

Этому может способствовать социально-психологический феномен, который следовало бы, по-видимому, назвать, "эффектом Косыгина". В 70-е годы глава советского правительства был значительно популярнее своих коллег по высшему партийно-государственному руководству, хотя этот факт по понятным причинам не был зафиксирован эмпирическими социологическими исследованиями. Массовое сознание склонно было в известной мере противопоставлять государственного деятеля, непосредственно отвечавшего за проведение экономической и социальной политики, "идеологам", и "по контрасту" - симпатизировать ему как человеку дела (причем безотносительно к тому, как оценивалось само "дело"). Такое противопоставление вполне органично для политической культуры, пропитанной патерналистскими комплексами.

Данный эффект, по-видимому, сыграл определенную роль в формировании феноменальной для нашего времени популярности Е.Примакова, который в качестве главы правительства всемерно акцентировал внимание на прагматизме возглавлявшегося им кабинета и его сосредоточенности на решении текущих (прежде всего, экономических) проблем. Вполне вероятно, что избиратели, позитивно воспринявшие этот "сигнал", постепенно перенесут свои симпатии на очередного премьера. Контраст между политиками, "рвущимися к власти", и главой правительства, исполняющим свои обязанности на фоне предвыборной гонки, может оказаться достаточно выигрышным для последнего.

При этом в случае сохранения макроэкономической стабильности за год, оставшийся до президентских выборов, избиратели едва ли успеют сильно разочароваться в премьере. Ведь если даже в экономической катастрофе, произошедшей в августе прошлого года, лишь пятая часть опрошенных (21%) винит С.Кириенко, тогда как 56% полагают, что бывший премьер в ней не виноват, то трудно ожидать, чтобы граждане возложили ответственность за продолжающуюся многие годы стагнацию российской экономики на нынешнее правительство. Эсхатологические ожидания, столь широко распространившиеся прошлой осенью, во многом способствовали тогда росту престижа Е.Примакова: уже то, что эти ожидания не оправдались, было поставлено ему в заслугу нашими соотечественниками. За год общественное мнение не стало намного оптимистичнее в оценках экономических перспектив страны, а тезис о том, что сезон общенациональных выборов является временем повышенной опасности для экономики, сейчас, похоже, обретает в массовом сознании статус чрезвычайно устойчивого стереотипа.

Таким образом, позиция премьера может оказаться достаточно выгодной стартовой площадкой для включения в предвыборную гонку. Впрочем, это произойдет лишь при двух условиях: если в выборах не будет участвовать Е.Примаков (и, соответственно, лавры спасителя национальной экономики от полного коллапса и статус претендента, не занимающегося "политикой", смогут хотя бы частично перейти к его преемнику) и если С.Степашин сумеет обрести имидж "беспартийного" государственного деятеля, не связанного с либералами и с левыми ни идеологическим родством, ни политическими обязательствами.

Первое, естественно, не зависит от С.Степашина. Что же касается второго условия, то здесь, судя по приведенным выше данным, премьер избрал - сознательно или интуитивно - абсолютно верную линию поведения.
Данные общероссийских опросов населения по репрезентативной выборке в 56 населенных пунктах 29 областей, краев и республик всех экономико-географических зон России. Интервью по месту жительства. Объем выборки в каждом опросе - 1500 респондентов. 26-27 июня 1999 г.


База данных ФОМ > Российские политики > Степашин С.В. > ПОЛИТИЧЕСКИЙ ПОТЕНЦИАЛ С.СТЕПАШИНА